Как все уже догадались, мне стало лень здесь писать, поэтому все отзывы будут только там: http://www.fantlab.ru/user23541/blog
Там отзывов тоже теперь долго не будет, потому что я мучаюсь с "Улиссом".
И.В.

Я все могу понять и простить, кроме финального финта ушами с Беренис. Это просто за гранью разумного. Умная, жесткая и эгоистичная Беренис, вместо того чтобы после смерти Каупервуда чуть потосковать и выйти замуж за лорда Стейна (что было бы логично), ни с того ни с сего сначала увлекается индуистской философией, а потом посвящает свою жизнь уходу за нищими детьми-инвалидами. Вот здесь торчат такие длинные драйзеровские уши, что просто смешно. Такое чувство, что автор отомстил героине за всю ее прошлую неправедную жизнь. Причем в кардинальную драйзеровскую этику, видимо, не укладывается, что можно быть неплохим человеком, даже не положив жизнь на алтарь служения ближнему своему. Итак, Беренис искупает своей внезапной святостью грехи остальных героев, бедняжка.
Причем во всем этом куча логических нестыковок. Во-1, из текста никак не следует, что Беренис так безумно любила Каупервуда, чтобы его смерть вызвала в ней такой коренной личностный разлад и пересмотр всех ценностей. Во-2, куда смотрела ее мать и как можно вообще упустить, что твой ребенок, вместо того чтобы удачно выйти замуж и родить тебе внуков, становится религиозным фанатиком и норовит положить свою жизнь на больницу для бедных? В-3, Беренис заявлена как умная девушка, но в таком случае очень странно, что она и не подозревала, что Каупервуд человек пожилой и может умереть. В-4, очень странно одновременно быть умной, разбираться в людях и в то же время даже не подозревать, что где-то в твоей стране могут быть голодающие дети.

Что до Каупервуда, то по-моему (кажется, Драйзер так не считает), это была хорошая жизнь. Жизнь, проведенная в работе и в борьбе, просто идеал. Причем до последнего, не было никакого медленного угасания, бедности, раз - и сгорел. По большому счету я в глубине души действительно считаю, что вся эта "тяга к гармонизации", перемежание работы с отдыхом, искусством и тд. - на самом деле признак слабости, усталости и малодушия. Да, я знаю, что кроме штирлицев со мной никто не согласится )) Но все равно со своего шестка жизнь Каупервуда кажется мне отлично проведенной жизнью, и смерть - идеальным вариантом смерти, потому что она произошла не как логическая концовка, а посередине, в полете. И после всего его высокого подъема не было никакого спада, если вы меня понимаете.
В целом я Каупервуду не то чтобы сочувствую, но отношусь к нему с наибольшим пониманием и симпатией из всех героев. Разумеется, он зачастую сам создавал себе проблемы на ровном месте, в частности, своей кобелячьей натурой. Но идеальных людей не бывает, зато во всем остальном он был практически безупречен. А сочувствия не вызывает потому, что как сильный человек, в сочувствии не нуждается, зато вызывает уважение.

Пришла по итогам цикла к выводу, что драйзеровская этика ну просто бесконечно далека от моей личной.
При этом и правда забавно, к концу становится четко понятно, что по тексту, Каупервуду не хватало в жизни только одного - жены-драйзера. Такой, какой стала под конец Беренис. Которая одновременно и гасила бы его этические конфликты с другими людьми (что сильно облегчало бы ему работу), и заодно обустраивала на его деньги больницы для бедных (что повышало бы его популярность в народе). Идеальный был бы союз, и овцы сыты, и волки целы. Но не сложилось, увы, и, кажется, финальные аккорды про Беренис - лишь бесплодная попытка показать, как это могло бы быть.
А вообще более *соционической* книги, где можно было бы так четко типировать персонажей и так четко все разложить по функциям, я не видела ))

По мере чтения данного романа и трилогии вообще неоднократно задумывалась, как же несправедлив наш мир. Одним достается все, а другим - ничего. К авторам-фантастам это в том числе применимо. Иные авторы из кожи вон лезут, чтобы придумать мало-мальски интересных героев, расы, технические хреновины и космические идеи. И все равно у них упорно рождаются сплошь эльфы, тролли, бластеры и "война за Землю". А у Олдей все это не то что не является основой сюжета - вообще особой роли все детали в сюжете не играют. И тем не менее оригинальные идеи, персонажи, словечки, изобретения встречаются в таком дьявольском, просто неприличном изобилии, что становится даже как-то жалко, что не раскручивается каждая из многочисленных линий, каждая мысль, каждая деталь.
У Олди отлично прописан не только передний план, но и задний, скажем так. Более того, задний план, второстепенные герои и детали, настолько новые и яркие, что на них невозможно не обращать внимание, из-за чего планы подчас сливаются. С другой стороны, нельзя представить, куда героя "приключит" на следующей странице, и то, что в первой книге было второстепенной линией, выходит на первый план. Вообще это очень изящно сплетенный узор, в котором нити то исчезают, то появляются снова. Только оценить его в масштабе одного тома невозможно, нужно принимать в расчет все три. Тогда как раз достигаешь "точки фокуса".
Картинка получается очень пестрой, но ужасно интересной. Прежде всего тем, что Олдям удалось одновременно создать и интересный мир, с очень необычными расами, деталями, космическими хреновинами и тд. Но более того - еще и написать приключения героя в этом мире очень динамично, забавно и неожиданно. Более того, традиционно, сделать это с большим вкусом и изрядным юмором. Как верно было замечено, приключения с героем случаются, а сам он не предпринимает к тому ни малейших усилий. Просто вся олдевская вселенная регулярно поворачивается именно таким образом, чтобы как только несчастный Борготта выбрался на периферию основной движухи, тут же сбросить его опять в центр.
Кстати, забавно движение текста: постепенно приключения наращивают размах, вы заметили? И если в первом томе у нас вполне личные конфликты и личные неприятности героя, то к концу эпопеи они приобретают вполне вселенский характер. И оказывают влияние на само устройство фантастического мира. Причем это происходит так легко и исподволь, что "эпичности" совершенно не чувствуется, за что авторам большое спасибо. Может, потому что сам герой ну совершенно не-эпичен, а напротив, ну даже слишком живой и более чем реалистичный.
По моим ощущениям, третья часть самая сильная. Но, может, не потому, что она действительно лучше, а просто потому, что она последняя, закрывающая. В ней сплетаются все сюжетные нити, все сестры получают по серьгам, а Борготта наконец-то вылезает из задницы :) Правда, непонятно, надолго ли))

Вот забавно, вообще-то принято считать, что конформизм никого не красит. А напротив, свидетельствует отнюдь не в пользу личности, говорит о слабости, безхарактерности и вообще "неинтересности" - это в лучшем случае. А в худшем - о лицемерии, ханжестве и способности вонзить нож в спину. Короче, официально конформизм осуждают.
Но из этого романа очень четко видно, как печальна бывает судьба тех, кто осмеливается быть не-конформистом в прямом смысле слова. Скажем, не скрывать от людей, что он действительно считает их ничтожествами, не льстить, не угодничать, не увиливать, а вести себя прямо и резко. При всех остальных талантах такое поведение принимают только те, кому оно выгодно - кого не-конформист по той или иной причине считает "своим". Не-свои же получают от него настолько по полной, что очень быстро переходят в разряд заклятых врагов. Причем в результате таких событий, в которых классический конформист вполне мог бы сохранить более ли менее приличные отношения. Вообще я вижу в "Титане" прежде всего очень интересную историю приключений не-конформиста, причем чуть не на каждой главе можно было бы выделить альтернативные сюжетные линии - если бы только Каупервуд повел себя как конформист. Не стал бы так жестко поступать с другими воротилами Чикаго. Не стал бы так нагло изменять жене. Так открыто предлагать взятки и шантажировать. А делал бы все то же самое, но в иной манере, более скрыто и медленно. И, вероятно, все бы у него сложилось.
Беда Каупервуда не в том, что он искренне считает себя лучше, сильнее и умнее других. А в том, что он не считает нужным это скрывать. Что, разумеется, рождает даже не зависть, а справедливый гнев. И, разумеется, привлекает к такому альфа-самцу толпы женщин. Но, откровенно говоря, встав на позицию противников Каупервуда, их можно понять: притом, что тот достаточо честно ведет дела и не добивает падших, он настолько резок и неприятен, что вызывает слишком сильную эмоциональную реакцию. Как оборотная сторона силы - невозможность скрывать и сдерживать ее.

В целом - я, пожалуй, болею за Каупервуда. Именно по той причине, что уважаю силу и привыкла считать, что конформизм это не очень хорошо. Но с другой стороны, я раз за разом по мере чтения удивлялась, почему он ведет себя так глупо, не с точки зрения бизнеса, а этически глупо, причем даже в тех случаях, когда последствия его этической тупизны могут быть фатальными. Такое чувство, что он сам искренне не видит и не понимает, что результата можно добиться гораздо проще - если не ломиться в дверь, а потянуть ее на себя, как там написано мелким шрифтом. Интересно, все Джеки отличаются такой этической тупостью, или Драйзер изобразил крайнее проявление? Тезис "мои желания прежде всего" не кажется мне ужасным сам по себе, но ведь вполне логично просчитывать последствия твоих действий по реализации этих желаний. И взвешивать, стоит ли овчинка выделки. История с походя соблазненной женой крупного банкира показательна. Кажется, это оттого, что Каупервуд очень переоценивал свои силы и считал себя совсем неуязвимым. Что, выходит, очень глупо, и не к лицу такому умному во всем остальном герою. Будто Каупервуд разбирается во всем, но совершенно не разбирается в людях. Точнее, видит только логические мотивы поступков и совершенно не видит этических. Даже забавно.

А Элейн, действительно, жалко. Хотя я как-то не вижу предпосылок, чтобы умная живая девушка из первой книги зараз превратилась в тупую вульгарную алкоголичку из второй. Как-то не верится.

Забавный роман, на самом деле, кажется, было ошибкой с моей стороны читать "Ойкумену" как цикл, то есть не подряд, а с небольшим разрывом. Если б она была устроена, скажем, как ВК, частями одной большой книги, было бы куда удобнее воспринимать. А так на самом деле "Куколка" - это средний из трех романов без начала и без конца, начинается примерно там же, где заканчивается предыдущий, и заканчивается так, что концовка совершенно неощутима и там вполне могла бы быть еще одна глава. В силу этого впечатление получилось странное, как и с первым романом: вроде замах большой, но заботливо повешенные охапки ружей так и не стреляют. А хотелось бы.

Потому что мир - беру свои слова по поводу первого романа назад - ужасно интересный. Но, мне кажется, в этом отчасти кроется и проблема его восприятия - слишком уж он проработанный и естественный. Не дается никаких намеков о *истории* этого мира, о том, как теоретически развивался наш с вами техногенный мир, чтобы породить в итоге расу техноложцев и вступить в контакт с другими расами. Все уже дано "как есть", и это убавляет чисто фантастичности и прибавляет фэнтезийности. Потому что на самом деле все эти новые расы воспринимаются скорее в том же ключе, что и традиционные фэнтезийные эльфы и гномы, а технологическиое развитие мира и космические полеты в данном случае ничего особо не значат.

"Куколка" весьма насыщена действием, на мой взляд, даже чересчур. Как-то, имхо, не пристало героям Олди бегать, драться и стрелять, как каким-то, простигосподи, попаданцам. К тому же боевые действия происходят хоть и с общих рамках сюжета, но, кажется, немного не по делу. И на мой вкус не очень вяжутся со всем остальным. Все-таки "Куколка" слабее первого романа, и прежде всего потому, что в ней нет общей идеи, на базе которой строился бы весь сюжет. В "Кукольнике" это была профессия невропаста, изумительная придумка авторов. В "Куколке", конечно, герой тот же, но и эта идея никак особо не раскрывается, и новых настолько общих для всего сюжета не появилась. Хотя ружья висят и аж покачиваются от нетерпения))

В целом - хорошее продолжение очень интересной задумки. Но лучше читать все сразу, а как отдельный роман (без первой части) это читать вообще невозможно.

Вызывает довольно четкие ассоциации со Львом Толстым. Не столь монументально, но столь же занудно Нет, сюжет довольно интересный - ну, настолько, насколько подобная тема вообще может быть интересной. И если бы это писал Голсуорси, я бы читала это даже с удовольствием. А так, имхо, роман было бы неплохо урезать роман на треть. Дело опять же в тостовщине - "ну если вы не поняли, я еще раз повторю". И повторяет, подлец, раз за разом, скажем, краткое изложение этой набившей оскомину истории с чеком на 60 тысяч - сначала устами Кауперфильда, потом всех остальных героев по очереди, но в точности теми же словами. Это чтобы у читателей закрепилось понимание, интересно?

Вообще все детальные описания именно финансовых махинаций кажутся мне скучными безмерно. И не потому, что у меня нет должного образования, а как раз потому, что оно есть. И, в общем, лет учебы мне вполне хватило Все равно что на досуге для развлечения читать Вэриана Не будь их, текст был бы значительно легче. К тому же все мелкие детали и описания процесса все равно не дают ничего особенного для понимания сюжета - те схемы работы и то общее экономическое устройство так или иначе в основном остались в прошлом.

Отдельный весьма смешной сам по себе момент - как Драйзер пишет про Джека Потому что герой автору, как ни крути, полнейший дуал. И это проявляется, местами довольно тонко, но все же. С одной стороны, Драйзер Джеком искренне восхищается, да и умение Джека делать деньги на пустом месте, как ни крути, в изложении Драйзера выглядит как "магия-магия!" Но с другой стороны, Драйзер Джека всячески осуждает за аморальность. Причем в таких моментах и единичных поступках и порывах, которые на мой лично взгляд вообще не заслуживают какой-либо этической оценки. С моей точки зрения Кауперфильд действует вполне в рамках общечеловеческой морали и нигде за них особо не заходит. Но Драй находит сотню причин, чтобы походя попенять ему )) ужасно смешно это все) Более того, даже крах и банкротство Каупервуда выглядят не как логичное продолжение его деятельности, а как своего рода наказание или испытание, созданное всесильным автором за грехи.

С другой стороны, несмотря на все вышесказанное, ни к одному из героев не испытываешь каких-либо чувств, ни симпатии, ни антипатии. Каупервуда можно уважать, остальные и того не стоят. И в целом получается весьма занудная картина, увы.

В этом романе очень много всего, даже больше, чем обычно у Олдей. К традиционному прекрасному языку и стилю прибавляется не только прекрасная проработка мелких деталей, черточек, персонажей, но и совершенно новый космооперный мир, с кучей разных рас, держав, планет, каких-то подозрительных опасных космических флуктуаций и тд. По "Кукольнику" очень чувствуется, что это первый роман трилогии, и в нем сразу сделан "задел" на остальные. Потому что в рамках данного конкретного текста и сюжета такое обилие общих, макрокосмических деталей и информации об устройстве мира, такое обилие всего, что в самом сюжете роли не играет, смотрится, пожалуй, слегка излишним. Не то чтобы оно затрудняло восприятие самого сюжета - скорее просто отвлекает.

В связи с тем, что в начале обрисован цельный фантастический мир, в котором столько всего нового и интересного, дальнейшая линия главного героя смотрится по сравнению с ним немного куцо. Что, впрочем, не отменяет того, что сюжет очень увлекательный, и сама идея отличная. С другой стороны, этим "Кукольник" выгодно отличается от многих других космоопер: в нем шикарные космические декорации служат по сути только "фоном" для развития сюжета, не подменяя сам сюжет. Не будет никаких масшабных галактических войн и набившей оскомину проблемы "контакта". А будут местами забавные, местами довольно жесткие, но более чем неожиданные похождения Лучано Борготты, невропаста, "кукольника". Надо, дейстивительно, быть Олдями, чтобы позволить себе такую невероятную роскошь и расточительство - нарисовать цельный, оригинальный и достаточно внятный космический мир только в качестве фона :) Вот это я понимаю проработка мелочей!)

Олди, как всегда, неуловимо забавны - своей игрой слов и названий, которые довольно неожиданно перекликаются с нашими реалиями, как очень тонкая сатира. Антураж космооперы придает особую прелесть тому, что часть второстепенных героев - актеры крепостного театра, а часть - типа древние римляне. Описание всех рас и планет оставляет четкое ощущение, что это слегка переиначенные, но очень-очень узнаваемые на нашей земле типы и народности. В итоге получается на самом деле изящная, но довольно злобная сатира на классические фантастические романы, где авторы напридумывают кучу всяких иноплатенятских рас, мучительно выдумывая, чем же они друг от друга отличаются и как они могут контактировать. Олди этой проблемой особо не заморачиваются. На самом деле, даже несмотря на весь антураж, этот роман прекрасно мог бы быть исполнен и в жанре фэнтези, в рамках одной планеты, потому что космический антураж - действительно только "декорации", а не полноценное место действия, оказывающее влияние на сюжет и героев.

В целом ощущение странное. С одной стороны, было ужасно интересно читать, потому что и фантазия, и язык, как всегда, прекрасны. С другой стороны - осталось легкое чувство "недотянутости" - для полноценной НФ у романа слишком большой замах и слишком незначительный по сравнению с ним центральный сюжет, а для пародии пародийности все же недостает.

Роман меня изрядно опечалил и несколько озадачил. Какой-то совершенно невероятной банальностью сюжета, у меня смутное ощущение, что все это я уже читала раз сто, хотя и не могу ткнуть пальцем, где же именно.

Знаете, каждый более ли менее взрослый человек временами предается таким низменным и дешевым фантазиям. Положим, сейчас, в реальности, меня не любит девица Н. А вот я вырасту большой прославлюсь, стану богачом, и девица Н. сама будет за мной бегать, а я ей возьму и откажу, потому что поезд ушел, голубушка. И ей будет стыдно, стыдно!
В общем, детский сад. Такие фантазии, кажется, появляются лет с 15, сменяя предыдущий вариант "отцы и дети" - назло маме отморожу уши!
В общем, считайте это за спойлер. Сюжет романа построен именно на изложении этой истории. Вот вы меня, гады, не ценили, а я стану большим и великим и вы пожалеете!
По закону жанра, юный графоман, буквально недавно научившийся читать и писать, разумеется, прославился на всю страну буквально через два года. И все плохие, в том числе его несостоявшаяся невеста "из аристократов", жестоко пожалели, что в свое время не оценили широту его сердца, чистоту помыслов, огонь души и тд.
Критики хором называют этот романт автобиографическим и ссылаются на некую Мейбл Эпплгарт, дочь преуспевающего инженера, с которой у молодого Лондона был такой же недороман, закончившийся, когда Мейбл узнала, сколько Лондон получил за свой первый напечатанный рассказ и что идти работать он не собирается. Что сказать, если это правда и если у "Мартина Идена" действительно отсюда растут ноги - господи, какие же смешные существа мужчины))

Другой момент, который очень мешает мне симпатизировать этому роману - то, что он просоциалистский по сути. Притом, что сам Мартин Иден не социалист, как это многократно подчеркивается. Но сам Лондон говорил, что "это — книга, которую не поняло большинство критиков. Написанная как обвинение индивидуализма, она была истолкована, как обвинение социализма... Да будь Мартин Иден социалистом, он бы не погиб". Вероятнее всего, так и есть, потому что Иден погиб, по сути, от одиночества - из своего класса он вышел, в аристократические верхи войти не захотел или не сумел. В идеале социализм дал бы ему именно то, что ему нужно - и компанию, и правильные ориентиры и ценности. Недаром в романе так обличается презренное и ограниченное буржуазное общество. Но у нас, в отличие от Лондона, есть преимущество исторического опыта, и теперь уже мы прекрасно представляем, что судьба художника в "презренном, ограниченом буржуазном обществе, где талант меряют только на деньги", все же гораздо лучше, чем судьба того же художника на лесоповале в солнечной Якутии, если вдруг направление его таланта разойдется с генеральной линией партии.

К тому же у меня вызывает огромную антипатию сам Мартин Иден. Во-1, "не верю". Не верю, что совершенно необразованный представитель "пролетариата" может за пару лет освоить весь багаж гуманитарных знаний, накопленных человечеством, чтобы суметь эффективно поспорить с университетским профессором. Это уже не Мартин Иден, а Марти Стью получается. Его размышления о философии, социологии и тд. - просто "Васисуалий Лоханкин и трагедия русского либерализма", уж простите. Да и вообще, когда в книгах заходит речь о том, что вот герой написал нечто совершенно гениальное, отчего у читателей душа разворачивается, а потом обратно сворачивается, у меня всегда остается ощущение, что это какое-то дешевое читерство. Где гениальное, покажите же! Почему мы должны на слово верить, что герой хорошо пишет, когда из остального текста это совершенно не вытекает?
А вытекает только то, что герой как был пролетариатом в худшем своем проявлении, так и остался. Очень смешно сочетание двух сцен. В одной Мартин вспоминает, как участвовал в жестокой уличной драке, и ему становится мучительно стыдно, но сейчас-то он не такой, он стал тоньше и лучше! А в другой он приходит на обед в дом Руфи и там хамит этому судье. Замечательная ситуация - прийти в гости, да еще и в дом своей невесты, причем прийти с целью, пардон, пожрать за чужой счет, потому что сам не можешь заработать даже на кусок хлеба, и нахамить там хозяевам и другим гостям. Несомненно, признак высокой культуры и образованности. Вижу в этом что-то очень швондеровское. Действительно, ни в каких философских трактатах не написано, что не надо гадить там, где ешь...
Советская критика традиционно говорит, что Мартин Иден "был плоть от плоти, кровь от крови человеком своего класса". И, добавлю от себя, как все представители этого класса, нуждался в кнуте, который заставит его тяжело трудиться, а без него очень быстро опускался, терял смысл жизни и человеческий облик. Финал это подтверждает. Социализм, между прочим, как раз и обеспечивал бы тот самый кнут - по принципу "насколько Комиссаржевская бы лучше играла вечером в театре, если бы днем она стояла у станка". Было бы забавно посмотреть, что произошло бы с Мартином в социалистическом обществе...

У Кьеркегора все-таки забавная манера писать: кажется, он слишком поэт, чтобы долго и "тщательно" думать одну тему. Начинает он с одного, но потом плавно уходит в совершенно другую сторону. В итоге получается так, что сами мысли его вполне ясны и изящны, но *ход* мыслей проследить очень сложно - в нем как раз логики и обоснованности никакой я не вижу, а вижу хлещущую чрезмерность, увлеченность самим процессом мысления до такой степени, что сложно удержаться в рамках одной темы. Во всяком случае, это мои впечатления от конкретного текста - не знаю, может, тут моя вина как читателя, что я не способна уловить логические переходы.

"Понятие страха" - это сочинение о том первобытном страхе, тревожности и тд., что мы иногда испытываем совершенно без определенных причин. Причем по К., такой страх не доступен ни животным, ни ангелам, только людям, и является вообще свойством человеческой природы. К. связывает этот страх однозначно с событием первородного греха и с греховностью вообще. При этом он на самом деле посвещает куда больше текста изучению того, что и как есть греховность, чем что такое страх сам по себе (проявления страха - другое дело).
Вообще теология и философия К. - они какие-то странные Для теологии в нем слишком много философии и, пардон, вольнодумства. Для философии - слишком много теологических аксиом (пусть и не таких топорных, как у Ш.) В итоге получается весьма занятная смесь.

Итак, с грехопадением Адама греховность как таковая вышла в люди. С последующими людьми, которые и сами грешат, и за грехи отцов еще до 7 колена в ответе, греховность обрела историю.
А при чем же тут страх? Страх in question - одновременно притяжение и отталкивание, "симпатическая антипатия", желание того, чего боишься. И Адам, и остальные люди боятся греха, но в то же время грех обладает сладостной притягательностью. Более того, притягательностью всего запретного, потому что запрет порождает возможность его нарушить. "Запрет страшит его, поскольку пробуждает в нем возможность свободы". Именно так страх соединяется с грехом, через эту возможую возможность. "Страх - это головокружение свободы <...> свобода заглядывает вниз, в свою собственную возможность, хватаясь за конечное, чтобы удержаться на краю. В этом головокружении свобода рушится <...> В то же самое мгновение все внезапно меняется, и когда свобода поднимается снова, она видит, что виновна".

Разбирая проявления греха, К., конечно, не обходит стороной самое главное, то есть эротическую сторону. И тут говорит очень интересные и правильные, имхо, вещи. "В христианстве религиозное устраняет эротическое - не просто как нечто греховное, в силу этического непонимания, - но как нечто безразличное, поскольку в духе нет никакого различения между мужчиной и женщиной". Именно отсюда берется страх в случае с этой разновидностью греха - "он появляется, поскольку дух не может присутствовать в высшей точке эротического". А без духа человек бессилен перед страхом.

В целом исходя из того общего "понятия страха" К. приходит к тому, что страх как психологическое состояние предшествует греху, причем одно невозможно без другого, если только вы совсем не животное.
"Но и это еще не все" ( ) Потому что постфактум греха человек ничуть не освобождается от этого страха, только сам страх немного меняет свое обличье. "Страх появляется снова в отношении к тому, что было положено, а также к будущему. Однако теперь предметом страха является нечто определенное", то есть совершенный грех.

Но при всей своей связи с греховностью страх вовсе не является с точки зрения кьеркегоровской теологии чем-то отрицательным. Напротив, страх как бы уравновешивает совершенный или задуманный грех, и позволяет человеку не только пользоваться любезно предоставленной ему свободой воли, но и свободно пожинать ее плоды. "Страх - это возможность свободы, только такой страх абсолютно воспитывает силой веры <...> Нужно научиться страшиться, чтобы не погибнуть либо оттого, что тебе никогда не было страшно, либо оттого, что ты слишком отдаешься страху; поэтому тот, кто научился страшиться надлежащим образом, научился высшему".
Да простит мне К. мое нелепое толкование, но у меня смутное ощущение, что все им сказанное ведет к одному - "соразмеряйте цель и средства, чтоб не дойти до людоедства". Другими словами, коль скоро человек и так уже запятнан первородным грехом, да и по жизни не грешить совсем поди попробуй - остается только научиться иметь с этим дело, с грехом, сопутствующим страхом и прочими последствиями. По счастью, К. под конец не делает никаких логически шокирующих выводов, и его точка зрения на "пользу страха" вполне вписывается в остальную картину. Впрочем, самое шокирующее, что есть в понятии страха - сама идея привязать эту непонятную нервозность и тревогу к прабиблейским событиям, да еще так изящно и длинно объяснить, как именно это происходит (но не объяснить, кстати говоря, почему. Впрочем, для теолога-К. таких вопросов вообще не стояло, наверное).

Симпатичная фэнтезятина для младшего школьного возраста, хотя не скажу, чтобы сколько-нибудь выдающаяся. Действие происходит в мире, в котором волшеники имеют монополию на власть, а простолюдины, не способные повелевать духами, вынуждены им подчиняться. Ах да, магии как таковой в этом мире тоже нет - во всяком случае, из этой первой части трилогии складывается впечатление, что магия заключается только в умении вызвать духа и удержать его в повиновении. Соответственно, плененные духи делают за волшебников всю работу, и по способностям вызвать и удержать в подчинении духа той или иной силы и определяется могущество самого волшебника.

Весть антураж этого дела вполне традиционен - пентакли, свечи, заклинания. Автор в части "магической техники" не стал придумывать ничего нового и пошел по проторенной дорожке. И черт бы с ним, с антуражем, но беда в том, что само устройство этого мира не то чтобы противоречиво - оно вообще толком не прописано. Никаких обширных декораций (а жаль, ведь это-то самое интересное). Половина романа вообще проходит в комнате главного героя, что делает неплоую возможность поставить по нему пьесу но изрядно вредит художественной части.

Главных героев, собственно, два. Не в меру нахальный и самоуверенный мальчишка, решивший через голову своего наставника вызвать могущественного демона, чтобы отомстить другому "взрослому дяде", который его обидел. И тот самый могущественный демон, наш герой Бартемиус.
Тут, кстати, забавно, как ловно построено противостояние героев. Часть читателей от 14 и младше по идее должна "болеть" за мальчика, который весь из себя молодец, постоянно демонстрирует высокие моральные качества, классическое образование и невероятное упорство, которое честнее назвать упрямством. Зато более взрослые читатели, включая меня, думаю, куда больше симпатизируют демону. Да, несмотря на несколько тысяч лет, мудрости он не приобрел, зато он очень забавен, ехиден и у него, скажем так, правильная жизненная позиция взрослого человека. Вообще на мой лично взгляд, если бы не фигура Бартемиуса, роман был бы совершенно плох и скучен, но демон придает ему изрядный шарм.

Сюжет в итоге довольно интересный, хотя и фантастическое везение героев, и фантастическое тупоумие всех главгадов ну очень неправдопообны. С другой стороны, из этой книги мог бы выйти очень неплохой детский фэнтезийный фильм, в духе "Гарри Поттера". В ней очень много таких моментов, которые именно четко визуализируются. И при этом у Страуда на мой вкус как раз нужная степень безобоснуйности, чтобы это имело успех.